Чёрные волки

Сериал «Чёрные волки» — это будто бы кино-закат, где в Ярославле пятидесятых годов прошлого века, как в грандиозном костюме панка на балу сугробов, разыгрывается драма о бывшем опере УГРО Павле Хромове, который, пройдя через восемь лет несправедливо суда, возвращается в город и вдруг узнает, что его сестру убили самые страшные в городе «Черные волки». Вот только держи-ка ты себя, потому что эти волки, как иронично, оставляют на месте преступления волчью голову — как метку, которая должна всех напугать, но на самом деле больше смахивает на жалкую попытку подчеркнуть свою власть в этом гротескном цирке улиц. Ну и, конечно, наш герой, весь в мундире, со своей гиперчувствительной совестью и мечтой повернуть время вспять, отправляется на охоту за этими чертовыми бандитами, которые вечно скрываются в тени, как мишени для вечно недовольного зрителя. И так вот, сюжет закручивается, как клубок ниток у бабушки в деревне, и драка за честь превращается в калейдоскоп из взрывов, убийств и бессмысленных разговоров, где даже полиция не знает, кто на кого охотится. Тут тебе и преследование по городу, и подстава, и показательная стрельба в солнечный день, — все ради того, чтобы показать, кто тут главный, и чтобы черные волки наконец-то поняли, что в этих краях люди и волки — это не так уж и разные существа. Так вот, сериал пытается объединить жанры исторической драмы, криминального триллера и фельетона, только вот получается он скорее как пародия на самих себя, с неуклюжими диалогами и гипертрофированными сценами насилия, что вызывает скорее смех, чем страх. Не раз, ловлю себя на мысли, что авторы словно застряли в советском кинематографе и решили сделать там гипертрофированых героев и карикатурных злодеев, которые вечно шепчутся в темных углах и, кажется, сами не понимают — зачем всё это нужно. В общем, «Чёрные волки» — это такой мутировавший кинематографический зверь, в котором есть что-то гротескное, сверхстилизованное и одуряюще наивное, как будто кто-то в темной комнате решил устроить спектакль, в котором все кривляются и иногда сами уже не знают, кто тут главный — злодей или герой.